«В рок-музыке человек отождествляет себя со своим подсознанием, звериными инстинктами, лежащими на дне его души. В диссонирующих звуках рока воплощена ненависть к Богу и Его законам, любовь к сатане, поправшему все законы. Здесь даже не победная песнь о мнимой свободе и призрачном торжестве зла на земле, а безысходная тоска и судороги отчаяния оставленности и отреченности – это реквием о сатане и человечестве. Рок-музыка это философия абсурда и красота безобразия, бегство в себя, желание скрыться от мира в мусорном ящике, и замена обычных норм общения цинизмом и беснованием. Это злобное отрицание врожденной нравственности и эстетики, как древней лжи, и замена их культом уродства и бесстыдства, как новой религией.
Рок-музыка это замена образа Божия в душе образом падшего первоангела. Звуки рок-музыки подобны кисти безумного художника, который рисует темный лик сатаны как икону на стене разрушенного храма. Конвульсирующие звуки рока, похожие на стоны, хохот и вой – это мистика ада и магия извращенных страстей; это судороги и хрип предсмертных мук, слезы невыразимой боли, и бесовский смех над могилой человечества. Рок-музыка похожа на вальпургиеву ночь, которая опустилась на землю. До нас дошли описания сатанинских шабашей средневековья. Колдуны и ведьмы в вальпургиеву ночь собираются на свой зловещий праздник. Среди них колоритная фигура, как черная маска на карнавале – ксендз, продавший душу диаволу; он принес с собой выкраденную из алтаря святыню для осквернения. Без этого кощунства, без поругания святыни, сатана, как распорядитель шабаша, не может быть вполне удовлетворен. Ксендз, изменивший Христу, это постоянный персонаж мистерий, происходивших, как свидетельствует летопись, ежегодно на горе Броккен. Неизвестно, подходят ли колдуны и ведьмы под его благословение, или же он вместе с ними целует хвост козла?
Наступает апофеоз мистерии. Появляется сатана, гаснут свечи и Броккен погружается в вожделенную темноту, где нет ни запретов, ни законов. Утром бледная заря встает над опустевшим Броккеном, как над заброшенным кладбищем, и сама гора кажется мертвым знаком смерти, символом беспредельной пустоты. Смолкают звуки рока, зажигается электрический свет в зале. Люди, получившие здесь невидимую инициацию как клеймо на душу, идут в мир, идут уже другими, чем они пришли сюда».
Рок-музыка это замена образа Божия в душе образом падшего первоангела. Звуки рок-музыки подобны кисти безумного художника, который рисует темный лик сатаны как икону на стене разрушенного храма. Конвульсирующие звуки рока, похожие на стоны, хохот и вой – это мистика ада и магия извращенных страстей; это судороги и хрип предсмертных мук, слезы невыразимой боли, и бесовский смех над могилой человечества. Рок-музыка похожа на вальпургиеву ночь, которая опустилась на землю. До нас дошли описания сатанинских шабашей средневековья. Колдуны и ведьмы в вальпургиеву ночь собираются на свой зловещий праздник. Среди них колоритная фигура, как черная маска на карнавале – ксендз, продавший душу диаволу; он принес с собой выкраденную из алтаря святыню для осквернения. Без этого кощунства, без поругания святыни, сатана, как распорядитель шабаша, не может быть вполне удовлетворен. Ксендз, изменивший Христу, это постоянный персонаж мистерий, происходивших, как свидетельствует летопись, ежегодно на горе Броккен. Неизвестно, подходят ли колдуны и ведьмы под его благословение, или же он вместе с ними целует хвост козла?
Наступает апофеоз мистерии. Появляется сатана, гаснут свечи и Броккен погружается в вожделенную темноту, где нет ни запретов, ни законов. Утром бледная заря встает над опустевшим Броккеном, как над заброшенным кладбищем, и сама гора кажется мертвым знаком смерти, символом беспредельной пустоты. Смолкают звуки рока, зажигается электрический свет в зале. Люди, получившие здесь невидимую инициацию как клеймо на душу, идут в мир, идут уже другими, чем они пришли сюда».
